Но дело не только в толковании термина. Трудность определения примет новых форм современного искусства заключается и в том, что старые художественные формы во многом сохраняют свою устойчивость и продолжают оказывать на зрителей большое воздействие. Наконец, в советском искусстве существуют очень разные творческие течения.

Может показаться, что творческое многообразие нашего театра и вопрос о современном стиле театрального искусства социалистического реализма - это понятия взаимоисключающие. Однако так ли это?

У нас и сейчас любят еще говорить, что вот в 20-е годы существовали действительно различные течения, а теперь различия эти скрадываются, становятся менее ощутимы. Что же, здесь много верного. Но только ошибочно видеть в этом обеднение современного театра по сравнению с тем, что было двадцать-тридцать лет назад. Луначарский писал: Часто говорят о том, что особенность физиономии театров, их характерность побледнела. Они стали похожи друг на друга. В сущности, иначе и быть не может. Поскольку все театры становятся постепенно пролетарскими, они непременно окажутся театрами одного и того же ,стиля. Разница между ними может быть установлена путем применения разных приемов и путем разницы жанров.

Это писалось в 1931 году, когда не могло быть речи о той похожести театров друг на друга, какая наблюдалась позднее. И сейчас, когда все театры стали социалистическими, конечно, не может быть между ними тех разительных отличий, какие были в 20-е годы, хотя каждому ясно, что Художественный театр решительно не похож на Театр имени Маяковского, а Современник уж никак не спутаешь с Ленинградским театром комедии.

Тем не менее мы ясно чувствуем, что советское театральное искусство второй половины 50-х и начала 60-х годов при всем своем разнообразии обретает и общие черты не только в идейном содержании, но в художественных способах отражения жизни, то есть в форме.