Приметим одно условие, которому верен М. Шатров: каждая его ленинская пьеса - это воспроизведение только одного дня из жизни Владимира Ильича, недаром они так, календарно, и называются: Шестое июля, Тридцатое августа (Большевики). Синие кони - тоже один день, не столь трагический, как те, другие, самый обыкновенный - 2 октября 1920 года, когда Ленин, несмотря на чрезмерную занятость и болезнь, счел необходимым приехать к комсомольцам и сказать им главное: надо учиться!

Конечно, драматург сместил события, сжав их в один день, но у нас возникает твердое ощущение непрерывности действия.

Режиссеры с готовностью отозвались на желание писателя: Синие кони на красной траве - это, конечно, открытая сценическая публицистика, спектакль-митинг, прямо и непосредственно обращенный к зрителям. Пожалуй, здесь нет ничего нового: разве дискуссия с левыми эсерами в Шестом июля или финал Большевиков не заключают в себе ту же митинговую природу?

Новое, причем принципиально новое в драматической Лениниане - в другом: Михаил Шатров впервые в своих произведениях и во всей нашей драматургии, воссоздающей образ Ленина, отказался от ленинского портрета, от грима.

В пьесе и спектакле действует не Ленин, а актер, исполняющий роль В. И. Ленина. Так же входят в действие и другие исторические лица: Н. К. Крупская, М. И. Ульянова, А. Д. Цюрупа, В. А. Обух.

Здесь есть о чем подумать. Совершенно бесспорно, что открытия Н. Погодина, Б. Щукина, М. Штрауха, Б. Смирнова, знаменитые ленинские фильмы М. Ромма и С. Юткевича были и остаются классикой советского искусства. И, наверное, явятся новые произведения, которые на этом пути откроют ленинский образ во всей его исторической, человеческой, художественной убедительности. Творчество - это всегда движение, постижение нового, еще неизведанного.