Режиссура - это особая, самостоятельная сфера многогранной деятельности Павла Александровича, и я не хочу сейчас подробно писать о ней - будем ждать режиссерской исповеди автора Истории моего театрального современника. Однако, очевидно, оперы в постановке Маркова - Кащей Бессмертный, Моцарт и Сальери, Сказки Гофмана,- а также драматические спектакли, созданные в содружестве с другими режиссерами,- Северные зори, Порт-Артур в Малом, Братья Карамазовы и особенно Золотая карета в Художественном - свидетельство оригинального, разностороннего, незаурядного режиссерского дарования.

Почему Марков не избрал режиссуру главной дорогой своей жизни в искусстве? Трудно ответить на этот вопрос. Наверное, потому, что работа режиссера не терпит совместительства, а при марковской многогранности это невозможно. По признанию самого Павла Александровича, есть тому и чисто личные причины, особенности его характера: однажды он с грустью заметил, что природа не наделила его деспотическими чертами, без чего трудно быть режиссером. И это ведь правда...

Но мне-то кажется, что главное заключено в другом: Павел Марков - это прирожденный писатель и театральный мыслитель, которому равно интересны сегодняшний спектакль во всей его образной плоти и идейная, духовная, эстетическая жизнь театра в целом. У него нет обязательного для режиссера эгоцентризма, и при неизбежности и плодотворности субъективных, глубоко личных суждений критика об искусстве статьи и книги Маркова написаны с позиций исторической объективности.

Примечательно: в большинстве нынешних книг о советском театре есть цитаты из Маркова, ссылки на его мнение. Конечно, привлекает всеми признанный авторитет критика, лаконичность и точность его суждений, умение выявить мысль спектакля в его образной плоти, сила и логика аргументации. Но дело даже не только в этом: Марков показал советский театр прошлых лет таким, каким он был в действительности.